![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
valchess
Студент Литинститута, не сомневающийся, что ему суждено стать Великим Писателем Земли Русской, читает "Преступление и наказание". Глазами, как он настаивает, современного молодого человека, который "право имеет", и на очень многое. Очень интересное прочтение (с некоторой лексикой)! Воспроизвожу финальную часть:
Я могу много еще критиковать, но как говорят в Литинституте, когда есть критика – есть произведение, куда хуже, если сказать о нем нечего. Однако, критика не критика, мне роман в целом, безусловно, нравится. Конечно, это вечная классика и одно из величайший русских произведений. Хотя бы потому, что поднимаемая проблематика актуальна на все времена и для всех людей, что есть несомненный признак классического. Но интересно вот что. Читая, я тем не менее понимаю, что роман устаревает. Не буду говорить о персонажах, о всяком их беспричинном смущении, совершенно не свойственном современным людям, о нереальном благородстве в нынешние дни, а скажу, например, о языке. Язык уже давно не тот. Язык Достоевского пыльный, в пыли, так скажем, времен. А ведь через лет сто люди скорее всего не будут знать, что такое топор, не говоря уже о каком-нибудь хомуте. И как тогда быть? Они не будут понимать ни выражений, ни этих длинных бесперебойных монологов героев во время разговора, ничего. Как выходить из ситуации? Адаптировать его? Можно, однако, будет ли это тот самый Достоевский тогда?
И все-таки! Вошь, али право имею?
Многозначительная Россия
Я могу много еще критиковать, но как говорят в Литинституте, когда есть критика – есть произведение, куда хуже, если сказать о нем нечего. Однако, критика не критика, мне роман в целом, безусловно, нравится. Конечно, это вечная классика и одно из величайший русских произведений. Хотя бы потому, что поднимаемая проблематика актуальна на все времена и для всех людей, что есть несомненный признак классического. Но интересно вот что. Читая, я тем не менее понимаю, что роман устаревает. Не буду говорить о персонажах, о всяком их беспричинном смущении, совершенно не свойственном современным людям, о нереальном благородстве в нынешние дни, а скажу, например, о языке. Язык уже давно не тот. Язык Достоевского пыльный, в пыли, так скажем, времен. А ведь через лет сто люди скорее всего не будут знать, что такое топор, не говоря уже о каком-нибудь хомуте. И как тогда быть? Они не будут понимать ни выражений, ни этих длинных бесперебойных монологов героев во время разговора, ничего. Как выходить из ситуации? Адаптировать его? Можно, однако, будет ли это тот самый Достоевский тогда?
И все-таки! Вошь, али право имею?
Многозначительная Россия
